Over the Hills and Far Away

Many dreams come true and some have silver linings

I live for my dream and a pocketful of gold.

И ты ведь когда-то сказал, что мы обязательно будем как Бременские музыканты. Веселые, свободные, поющие серенады по ночам под луной, под такими чужими подъездами. Будем убегать от разбойников и спасать красоток-принцесс. Будем гулять по крышам недостроенных дворцов и выть своими прокуренными и пропетыми голосами о солнце, которое обязательно взойдет, ведь мы так твердо в это верим. А с первым прозрачным лучом чумного рассвета  - поедем на своем залатанном старом фургоне в даль, за все эти холмы. И будем танцевать до утра, петь что-то совсем глупое или милое под звон стратосферы и растроенного ситара, как будто заправский Джордж Харрисон пощекотал наши переполненные души и ушел, но теперь — навсегда.

И так привычна станет нам тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно запахнет травой, ветром и звездами, и так естественно будет сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. 

Неужели все это было очередными пустыми словами того холодного исписанного вечера? Нет, нет, нет. Ты ведь не мог солгать, потому что «Пока этот холм стоит тут возле заката, а куст-Клен не пошел на флаги до конца — мы говрим друг другу обязательно правду или просто молчим». Ты ведь всегда помнил наше правило, ведь так? Помнил, что обещаний давать нельзя, ведь мы же знаем, что не выполним их.  Ведь мы не забудем свое призвание, ведь нам любые дороги дороги, ведь дворцов заманчивые своды не заменят свободы никогда и никому.

Так что ждите нас, маленькие городишки и большие дома, ждите наш разношерстный состав и наш тоскливый невероятный блюз. Ждите наши голодные глаза и воображаемые гитары. Хлопайте в ладоши, развесьте свои крайне эстетические уши. И присоеденяйтесь.

Обсудить у себя 12
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

   
 — You ever want to be somebody else? — I'd like to try Porky Pig. — I never wanted to be anybody else