i want to break free

в этой жизни можно только играть — причем, так, как будто игра что-то значит. И это неважно, что она ничего не значит. (Ричард Хелл)

Все так просто и это бывает так редко, что я даже не могу не думать о том, что этот момент уже остался где-то в прошлом. Что еще один «момент на солнце» прошел, как будто его и не было. Мы сидим на скамейке. Такие глупые. Ловим остатки первого солнца, обнимаем друг друга, чтобы незаметно вытереть руки об чью-то куртку, взлетаем и падаем, словно неопрятная сгнившая пыль из старого шкафа, когда становится тепло. Представяя себя сразу везде, где только можно. Неужели весь этот мир лежит на свеже-покрашенной скамейке возле какого-то облезшего подъезда? Неужели так произошло, что мы все еще спешим к новому дому, открывая старые двери и пересказывая глупые несмешные шутки? Неужели мы вновь вернулись туда, откуда начали, к маленьким священным идиотам, ненавидящим шапки и глупых сытых голубей? Ну, я знаю, что мы никогда не станем такими же, как тогда, когда мир был плоским, мама и папа не имели ни малейшего понятия, а мы узнавали, что кредитные карты не означают, что ты богатый, а жизнь бежала на пиво и бензин. Наше время ушло, не предупредив, наши имена звучат теперь как таблицы из учебников истории. Но что с того? И что с этого? Что с того, что мы не существуем и что наши головы опять беспечно подставлены этим громким надоевшим ветрам? Мир для нас — лишь большая выставка, где все интересно и обворожительно. А песни queen все еще имеют значение. Зачем ты напомнил нам это, старый друг? Зачем ты напомнил нам этим солнечным пестрым вечером, пахнущим дешевыми влажными салфетками, о том, как все могло бы произойти, если бы мы смогли быть, например, свободными или счастливыми? Как пустые слова. О, я знаю, это так скучно, иметь какое-то значение. Но что с того?  

И «I Want to Break Free» на запылившейся детской площадке звучит так же, как и вчера, как и год назад, как и вечером. Как и наши мусорные голоса, годящиеся лишь для помойки. Как та фраза, о которой мы будем вспоминать, кружась вокруг покосившихся детских горок, песочниц и скрипучих качелей, делая вид, что нам на все наплевать. Она все еще звучит так, будто что-то когда-нибудь произойдет. 

-Давай поедем в Тайвань и загнемся от кашля в курильнях опиума.

-Нет, нет, нет. Мы поедем в Новую Зеландию и будем смотреть там на солнце.

-Или в Норвегию, мерзнуть там в ожиданиях моего автографа от Бьорндалена.

-Я могу нарисовать тебе 50 таких автографов. Забудь об этой тупой Норвегии, мы завтра же отправляемся в Акапулько.

— О нет, пока этот чертов чемпионат не закончится, Я сдохну, но доеду до Ханты-Мансийска.

— Ты ведь знаешь, что ничего этого не произойдет. Что мы будем сидеть тут и отбирать у собаки слюнявый мяч весь этот месяц. А может, и всю жизнь.

— Да, но кого это волнует. Ведь мы снова едем в Лондон!

Обсудить у себя 14
Комментарии (1)

Что наша жизнь — игра...

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

   
 — You ever want to be somebody else? — I'd like to try Porky Pig. — I never wanted to be anybody else